Читать онлайн Мета-Игра. Пробуждение бесплатно

Прочтите Мета-игру онлайн. Пробуждение — Данияр Саматович Сугралинов в формате epub, fb2, pdf, txt, скачать бесплатно, обзоры, аннотации.

Читать онлайн Мета-Игра. Пробуждение бесплатно

1636746500

Я ехал на байке, как будто за мной гонялись дьяволы. То и дело у меня правая нога соскальзывала с педали, меня сгибали в сторону, руки пытались отцепить меня от рулевой вилки. Катастрофа — уже поздно! Но разве проще работать доставщиком пиццы? Я упаковал в сумку-холодильник горячие картонные коробки с «Маргаритой», «Пепперони», «Мясо» и «Гавайский», это все те же «Пепперони» из нашей пиццерии, украшенные только консервированными кольцами ананаса, и отправился доставить по указанному адресу адреса. И ребенок справится с этим.

Да, они платят несколько центов, но лучше не найти в моем городе места для государственного студента. Особенно такой, как я.

Однако эта работа подразумевает, что курьер умеет ориентироваться в местности, общаться с людьми, а также является квалифицированным и проворным. Я не могу ничем похвастаться в этом коротком списке.

Последний заказ сегодня должен был быть доставлен в районе новостройки возле нашей пиццерии. Дома там уже построили, но нормальных дорог не проложили, и я ехал туда, еле крутя педали велосипеда. По обычному асфальту кататься еле…

Я остановился у правого подъезда и набрал номер квартиры. На другом конце ничего не просили: зазвонил замок, и я открыл дверь. Оставив байк у входа, я вошел внутрь и услышал, как открылся лифт.

— Ждать! — крикнул я вслед толстушке, которая села в такси.

Я хромала так быстро, как могла, но термосумка для пиццы соскользнула с моего плеча. Потеряв равновесие, он чуть не упал. Левая нога меня всегда разочаровывала.

— Пойдешь к следующему, пьяный! Взглянув на меня через дверь, тетя нажала кнопку пианино.

Меня часто принимали за пьяницу, поэтому не обиделась — привыкла. Еще почти пять минут. У меня есть время, даже если совсем близко, надо спешить.

Маленькая, но гордая пиццерия дяди Дэвида — кстати, тоже маленький, но очень гордый человек — обещала всем клиентам бесплатную пиццу, если курьер не приедет вовремя. Поэтому с учетом моих особенностей и того факта, что я распределяю заказы на велосипеде, я отправляюсь только по близким маршрутам.

Раздался звук падающей кабины. Появился мрачный человек, пристально глядя себе в ноги, с могучим немецким догом. Собака, захныкав, выскочила на улицу и сорвала поводок. В ожидании скорого облегчения она особенно сильно поморщилась. Я уже говорил, что не очень умен?

Собака, увидев любимую дорогу, бросилась вперед. У меня не было времени убраться с дороги, и собака задела мою ногу. Колено согнулось, и мне этого было достаточно, чтобы потерять равновесие и упасть. Здоровый человек даже не дрогнет, но здоровье — не обо мне. Кроме того, я вывихнул лодыжку, от чего сильно заболела.

Мужчина, по-прежнему ни на что не обращая внимания, словно решая в уме сложную математическую задачу, вышел со своей собакой, такси уехало, а я тщетно пытался встать. Он подполз к почтовым ящикам, схватил нижний и застонал, напрягая мускулы.

Телефон завибрировал у меня в кармане. Сдаваясь, я прислонился к стене, вытащил ее из кармана и ответил.

— Матвей, ты где? — Я вырезал себе в ухе фирменный акцент. — Заказчик звонил, кричал, что заказа еще нет! У тебя две минуты! Не успевай — штрафана! На сегодня у вас ничего не будет! Вы меня поняли?!

— Я в порядке, Давид Арамович! Я запротестовал, но он уже отключился.

Паника и отчаяние придали мне сил. Я взял под себя здоровую ногу и попытался, опираясь на нее, встать.

Зазвонил кодовый дверной замок, и дверь открылась, впустив двух мальчиков и двух девочек. Судя по живому смеху и болтовне, все были навеселе. Я смиренно вздыхаю, не ожидая ничего хорошего.

— Эй, что ты делаешь? — спросил один в недоумении. — Все отлично?

«Побитая камнями», — предложила девушка. — Что-то улыбается…

Я не улыбался, просто плохо проверял мускулы лица, из-за чего глупая улыбка всегда появлялась на моем лице, но я не стал вдаваться в объяснения, а просто объяснил:

«Он так пьян», — заключила девушка. — Посмотрите, как язык переплетен.

— Он не пьян! воскликнул другой. Он протянул мне руку и попытался поднять ее. — Разве ты не видишь, больной? Обманчивый офицер. Мой двоюродный брат такой же, только он совсем не ходит. Ну почему ты замёрз? Помощь!

Вместе они подняли меня с холодного и забрызганного пола, доставили к лифту и помогли добраться до нужного этажа.

— Ну да ладно, осторожно… — наконец пожелал мне один из мальчишек.

«Постарайтесь не упасть», — горячо добавила девушка, цитируя своего кузена.

За закрытыми дверями кабины раздался беспощадный смех. Я уверен, что некоторые из них пошутили надо мной, но я к этому привык. Остановившись у двери, он посмотрел на часы: он опоздал. Минутку, но поздно. Я достал из сумки коробку пепперони и позвонил.

Дверь распахнулась, как будто хозяин ждал меня у двери. Яростно почесывая живот, мужчина в огромной футболке и шортах посмотрел на меня.

— Заказал! Опоздали — платить не буду! Идите сюда! — Он вырвал коробку и захлопнул дверь прямо перед моим носом.

Ни оплаты на сегодня, ни чаевых не увижу.

На следующее утро, проснувшись до рассвета, я молча, чтобы не разбудить Сашу, включил компьютер, закончив очень важное дело. Примерно через час я закончил наносить последние штрихи и откинулся на спинку стула, глядя на планку нагрузки: 27%… 63%… 99%… 100 %!

Тот факт, что почти полтора года напряженной работы были выполнены — вечерами, ночами, ранними утра и выходными, каждая свободная минута, оставшаяся от учебы в университете, — был подчеркнут безразличным уведомлением с сайта разработчика. Забытые игры Battlegrounds: « Ваша карта загружена. После завершения модерации созданная вами карта и сценарий станут доступны в играх без оценок. Спасибо, что приняли участие в проекте».

Если мини-замок станет популярным в простых битвах, разработчик может включить его в список доступных битв для рейтингов. В этом случае я получу немного денег. А еще — строчка в будущем портфолио, что гораздо важнее. Моя мечта — работать разработчиком игр.

Я был экспертом в Forgotten Battlegrounds, благодаря встроенному конструктору игр, я научился планировать цепочки миссий, размещать доноров миссий и боевые единицы в ключевых точках, прятать оружие и склады припасов… Но мое прозвище он где-то опозорил в нижней части мирового рейтинга.

А все из-за болезни. Самое страшное в ней — атония мускулов, то есть они плохо координируют работу мускулов. По этой причине я передвигаюсь, как кукла на веревках, по этой причине, когда я иду, у меня полная несинхронность в руках и ногах, и у меня всегда идиотская улыбка на лице. Даже когда мне очень грустно. И мне часто было грустно, даже с тех дней, когда я впервые осознал, сравнивая себя с другими детьми, что я не так искусен, как они. Он совсем не опытен.

О победе в киберспорте можно было только мечтать. Руки безжалостно подводят, опоздание или отсутствие ключей, а в сетевых баталиях все решается мгновенно. Мне даже было стыдно подключаться к голосовым чатам, потому что моя речь… скажем так, не очень. Я чувствовал себя геймером, закованным в тело проклятого персонажа со множеством дебаффов.

Я люблю компьютерные игры больше всего на свете — только там я чувствую себя почти цельным, а не сломанной куклой. И, не имея возможности проявить в них себя как игрок, меня прокачивают как дизайнер модов и карт. Здесь не так критичны скорость реакции и мелкая моторика рук.

Я говорил очень поздно, я пошел даже позже, и никому не было до меня дела. Тетя Полина, сестра моей матери, которая приветствовала меня после того, как мои родители погибли в авиакатастрофе, работала очень неудачным агентом по недвижимости и пыталась построить личную жизнь. Он не мог выбраться из бедности — насколько я помню, мы всегда были бедными.

Если бы не тетя, я бы с пяти лет выросла в детском доме. Когда мне исполнилось одиннадцать, она вышла замуж и родила Сашу, в тринадцать лет развелась. Мне сейчас девятнадцать лет, и за это время она несколько раз встречалась с мужчинами с разной степенью ухудшения и развития алкоголизма. Один из них, Вова, прожил очень долго и живет с нами с четвертого месяца.

Его хриплый грубый голос на фоне бормотания телевизора в гостиной за стеной вернул меня к реальности.

— Полина! Он кричал. — Убирайся из этой коробки! Не рассвет!

— А расслабляться нечему! Иди найди работу! — Тетя Полина в долгу не осталась, и через пару секунд дверь в нашу с Сашей комнату приоткрылась и показалась ее взъерошенная голова. — Мотя, ты проснулась? Возьми маленького парня и взорви свой завтрак, отвези его в колледж. У тебя на все полчаса.

Наша машина довольно старая, но все еще движется, хотя место хранения этого мусора находится на свалке. В работе коммерческого агента, куда попала тетя Полина после увольнения с госслужбы, необходимо быть мобильным.

Я нехотя встала и разбудила семилетнего Сашу. Едва открыв глаза, он покорно улыбнулся:

— Тип! Вставай, пускай слюни, в школу опоздаешь.

Я пощекотал его, он отреагировал и засмеялся. Оставив брата заправлять постель, я направилась в ванную.

— Девиз! — позвонил мне Саска. — Вы закончили карту?

Я повернулся, и мои губы растянулись в улыбке:

— Фреддо! Он закричал и начал прыгать на кровати. — Вы покажете, что произошло?

— Обязательно. Вечером, — ответил я, выходя из комнаты.

— Вечер был бы быстрее! — пришел позже.

Вымыв и почистив зубы, я начал одеваться. Они оба потратили изрядное количество времени, а потом прибыли на завтрак последними. И все это время в голове крутились мысли об игре и моде, который я создал: что скажет модерация, как отреагируют разработчики? Этот день был для меня очень важным, я провела там много времени!

За столом Сашка, зевая, допивал чай, а тетя Полина и Вова жевали бутерброды, запивая их растворимым кофе.

«Обротро», — скривился Вова. — Полинка, мальчику скоро исполнится двадцать, почему он не уезжает? Ведь никакой личной жизни с этим мерзавцем!

Сунул палец в зубы, порылся там, порылся и, прищурившись, стал пронзать меня взглядом.

«Я не идиот», — сказал я, отхлебывая спиртное.

— Яурмот… — С этими выходками он явно зашел слишком далеко, потому что я говорил довольно четко. Не так чисто, как хотелось бы, но ясно дало понять. — Тьфу, блин, это же безобразно, ага!

— Не связывайся с ним, дурак! — крикнул Сашка, подпрыгивая на стуле.

Он всегда был готов защищать меня даже перед сильнейшими. Взволнованный, он выронил чашу из руки, и она с лязгом разбилась. На кухне воцарилась тишина. Вова хихикнул.

«Я почищу, почищу», — пробормотал Сашка, залезая под стол.

— Сидеть! Он его уберет! Я сама… — тихо пробормотала тетя Полина, вставая. Она заметила, что я тоже потянулся, чтобы помочь ей, и крикнул: — А ты садись!

Пару лет назад Сашка сломал левую руку. Он упал с лестницы, когда мы не считали, и упал безуспешно. Двойной перелом. Сломался какой-то важный нерв, и с тех пор его рука потеряла чувствительность, а его брат не очень хорошо ею пользовался. Из-за этого он не может должным образом управлять персонажами в играх, поэтому ему больше нравится смотреть, как я играю. Хотя об этом и мне гордиться нечем.

Он сел в шоке и шумно.

— Саш… — тихо сказала тетя. — Почему ты?

— Почему он привязался к нормальному человеку?!

— Да какой он нормальный человек! Умственно отсталый! Вова в гневе ушел. — Ты еще немного поговори со мной здесь!

— Ну-ну, заткнись! Ты улетишь из моего дома! — сейчас в перепалку вступила тетя Полина.

Я никогда не понимал, почему ей так не везет с мужчинами. По-прежнему относительно молодая красивая женщина и, как бы там ни было, хам полная идиотка. Этот, Вова, вообще без работы и бомжа.

«Мотка мне как сын», — твердо сказала тетя. — Как пропали Маринка и его отец, так и я его воспитываю. Вы хотите, чтобы я жил в общежитии с тётей? Он не идиот! Умнее, чем ты будешь!

— Ладно, ладно, — Вова примирительно подняла руки, ласково улыбаясь. Его главное оружие — широкая невинная улыбка. «Я забочусь о тебе, Полина. Вы кормите его, пьете, заботитесь о нем, и годы идут. Твоя молодость уходит! Будете ли вы таскать его на горбу всю оставшуюся жизнь?

Тетя Полина вскочила из-за стола, не отвечая ему.

«Пойдемте, мальчики», — сказал он.

То, что я поступила в вуз, — это благодаря тете Полине. Он оклеил обоями пороги в отделе образования мэрии и в ректорате. Она, видя мое увлечение компьютерами, показала многочисленным комитетам, что я могу учиться вместе со всеми, на кафедре очно.

Он хотел самого лучшего, заботясь не только о моем образовании, но и о социализации. «Там ты найдешь друзей, ты присоединишься…» — сказала тётя.

Он был не прав. Не скажу, что однокурсники надо мной смеялись, как-то приставали ко мне. Нет, наоборот. Со временем все привыкли к моей манере двигаться и разговаривать, а наш толстяк Генка даже помог мне с моей первой работой: оказалось, что те, кто предоставляет работу таким людям, как я, имеют право на льготы, налог. Так меня приняли в пиццерию. Но дружить со мной никто не спешил.

Группа долго смеялась, когда узнали, что наняли меня курьером, и начали делать ставки на то, сколько я продержусь. Я сопротивлялась уже третий месяц, внося посильный вклад в семейный бюджет.

— Разносчик пиццы? Шутки в сторону? Вы имеете в виду вчерашнего доставщика пиццы? — засмеялся Юра, который был главой банды среди моих одноклассников.

Пары продолжили этот день как обычно, но потом случилось то, что навсегда изменило мою жизнь. Правда, тогда я этого не знала и была просто рада, что меня пригласили на вечеринку. Его организовала знакомая наша красавица Ольга Воронцова. Он позвонил Тане, Генке и Юре, и так получилось, что я был там, и ребята решили взять меня с собой.

— Мотя! Сегодня твой счастливый день! — провозгласил Юра. — Подозреваю, что девушки так напьются, что у тебя будет шанс…

— Лучше молчи, Юрий Горкин! — угрожающе прервала Таня.

В тот вечер, ужасно обеспокоенный, я начал готовиться к первой вечеринке в своей жизни. Семейные каникулы и дни рождения не считаю, взрослые были всегда. В колледже меня никуда не вызывали, и приглашение на вечеринку наполнило меня восхитительным чувством чего-то хорошего. Что-то должно было случиться. Что-то невероятное!

Тетя Полина, узнав, куда я иду, забеспокоилась, помогла собрать одежду, а потом вызвалась меня подвезти. Поразмыслив, я согласился: я никогда не был в этом районе и боялся заблудиться. Вечеринка прошла в загородном доме.

Тетя все время говорила, а я очень нервничал и молчал. Ведь там будет полно посторонних! Что, если кто-нибудь из них начнет надо мной смеяться? В какой-то момент я так часто появлялся, что даже решил никуда не ехать. Утреннее приглашение вдруг показалось ошибкой или шуткой, я даже сомневался, что будет вечеринка. Я должен сказать тете, чтобы она вернулась. В этот момент на смартфоне бренчало сообщение, Генка написал: «Мот, ты где? Мы уже здесь ». Я вздохнул. Гена не из тех, кто шутит о писательстве, а это значит, что они действительно ждут меня там.« Я скоро буду там », — ответил я.

Когда мы приехали, тетя поцеловала меня в лоб:

— Развлекайся, Мотка. И . будьте осторожны.

Я вышел из машины, подошел к двери и позвонил в дверь. Моя тетя наблюдала за мной. Щелкнул замок, и дверь открылась. Обернувшись, я поздоровался с тетей Полиной, она улыбнулась и показала мне большой палец.

Странный, накачанный парень, открывший дверь, что-то сказал, но из-за музыки я его не услышал и просто кивнул. Он покачал головой, впуская меня.

От количества людей в доме у меня закружилась голова. Это была настоящая вечеринка! Все вокруг казались пьяными, шумными и .. дружелюбными. Девушка протянула мне банку пива, парень в рогатом шлеме викинга похлопал по спине, но в целом меня никто не волновал, и я немного успокоился и начал искать товарищей по учебе.

Я нашел их в саду. У них закончилась пицца.

— А вот и Мотка! — обрадовалась Оля.

Он улыбнулся, сверкнув белыми зубами. Посмотрев на нее, я улыбнулся. Мне всегда это нравилось. Все больше и больше.

— Мот, ты бы не стал так полагаться на алкоголь, ты без него не очень умный, — улыбнулся Юра, заметив пиво в моей руке. Мне всегда с ним сложно, саркастично и нетерпимо относиться к чужим недостаткам. И я для него постоянный дефект. — Эй, ты слышал, что недавно произошло на северном блоке?

— Подбежал служитель, — кивнул Гена, сидевший на стуле.

— Семеро мертвых! — глаза Юры возбужденно вспыхнули, как будто она наслаждалась этим фактом. — Ну, папа в огне, вот он говорит, им всем там по уши. Никто не может понять, что произошло, и даже следователи, которые работают по делу… Как ниоткуда — взял и поморщился посреди ночи.

Он сел в шоке и шумно.

— Саш… — тихо сказала тетя. — Почему ты?

— Почему он привязался к нормальному человеку?!

— Да какой он нормальный человек! Умственно отсталый! Вова в гневе ушел. — Ты еще немного поговори со мной здесь!

— Ну-ну, заткнись! Ты улетишь из моего дома! — сейчас в перепалку вступила тетя Полина.

Я никогда не понимал, почему ей так не везет с мужчинами. По-прежнему относительно молодая красивая женщина и, как бы там ни было, хам полная идиотка. Этот, Вова, вообще без работы и бомжа.

«Мотка мне как сын», — твердо сказала тетя. — Как пропали Маринка и его отец, так и я его воспитываю. Вы хотите, чтобы я жил в общежитии с тётей? Он не идиот! Умнее, чем ты будешь!

— Ладно, ладно, — Вова примирительно подняла руки, ласково улыбаясь. Его главное оружие — широкая невинная улыбка. «Я забочусь о тебе, Полина. Вы кормите его, пьете, заботитесь о нем, и годы идут. Твоя молодость уходит! Будете ли вы таскать его на горбу всю оставшуюся жизнь?

Тетя Полина вскочила из-за стола, не отвечая ему.

«Пойдемте, мальчики», — сказал он.

То, что я поступила в вуз, — это благодаря тете Полине. Он оклеил обоями пороги в отделе образования мэрии и в ректорате. Она, видя мое увлечение компьютерами, показала многочисленным комитетам, что я могу учиться вместе со всеми, на кафедре очно.

Он хотел самого лучшего, заботясь не только о моем образовании, но и о социализации. «Там ты найдешь друзей, ты присоединишься…» — сказала тётя.

Он был не прав. Не скажу, что однокурсники надо мной смеялись, как-то приставали ко мне. Нет, наоборот. Со временем все привыкли к моей манере двигаться и разговаривать, а наш толстяк Генка даже помог мне с моей первой работой: оказалось, что те, кто предоставляет работу таким людям, как я, имеют право на льготы, налог. Так меня приняли в пиццерию. Но дружить со мной никто не спешил.

Группа долго смеялась, когда узнали, что наняли меня курьером, и начали делать ставки на то, сколько я продержусь. Я сопротивлялась уже третий месяц, внося посильный вклад в семейный бюджет.

— Разносчик пиццы? Шутки в сторону? Вы имеете в виду вчерашнего доставщика пиццы? — засмеялся Юра, который был главой банды среди моих одноклассников.

Пары продолжили этот день как обычно, но потом случилось то, что навсегда изменило мою жизнь. Правда, тогда я этого не знала и была просто рада, что меня пригласили на вечеринку. Его организовала знакомая наша красавица Ольга Воронцова. Он позвонил Тане, Генке и Юре, и так получилось, что я был там, и ребята решили взять меня с собой.

— Мотя! Сегодня твой счастливый день! — провозгласил Юра. — Подозреваю, что девушки так напьются, что у тебя будет шанс…

— Лучше молчи, Юрий Горкин! — угрожающе прервала Таня.

В тот вечер, ужасно обеспокоенный, я начал готовиться к первой вечеринке в своей жизни. Семейные каникулы и дни рождения не считаю, взрослые были всегда. В колледже меня никуда не вызывали, и приглашение на вечеринку наполнило меня восхитительным чувством чего-то хорошего. Что-то должно было случиться. Что-то невероятное!

Тетя Полина, узнав, куда я иду, забеспокоилась, помогла собрать одежду, а потом вызвалась меня подвезти. Поразмыслив, я согласился: я никогда не был в этом районе и боялся заблудиться. Вечеринка прошла в загородном доме.

Тетя все время говорила, а я очень нервничал и молчал. Ведь там будет полно посторонних! Что, если кто-нибудь из них начнет надо мной смеяться? В какой-то момент я так часто появлялся, что даже решил никуда не ехать. Утреннее приглашение вдруг показалось ошибкой или шуткой, я даже сомневался, что будет вечеринка. Я должен сказать тете, чтобы она вернулась. В этот момент на смартфоне бренчало сообщение, Генка написал: «Мот, ты где? Мы уже здесь ». Я вздохнул. Гена не из тех, кто шутит о писательстве, а это значит, что они действительно ждут меня там.« Я скоро буду там », — ответил я.

Когда мы приехали, тетя поцеловала меня в лоб:

— Развлекайся, Мотка. И . будьте осторожны.

Я вышел из машины, подошел к двери и позвонил в дверь. Моя тетя наблюдала за мной. Щелкнул замок, и дверь открылась. Обернувшись, я поздоровался с тетей Полиной, она улыбнулась и показала мне большой палец.

Странный, накачанный парень, открывший дверь, что-то сказал, но из-за музыки я его не услышал и просто кивнул. Он покачал головой, впуская меня.

От количества людей в доме у меня закружилась голова. Это была настоящая вечеринка! Все вокруг казались пьяными, шумными и .. дружелюбными. Девушка протянула мне банку пива, парень в рогатом шлеме викинга похлопал по спине, но в целом меня никто не волновал, и я немного успокоился и начал искать товарищей по учебе.

Я нашел их в саду. У них закончилась пицца.

— А вот и Мотка! — обрадовалась Оля.

Он улыбнулся, сверкнув белыми зубами. Посмотрев на нее, я улыбнулся. Мне всегда это нравилось. Все больше и больше.

— Мот, ты бы не стал так полагаться на алкоголь, ты без него не очень умный, — улыбнулся Юра, заметив пиво в моей руке. Мне всегда с ним сложно, саркастично и нетерпимо относиться к чужим недостаткам. И я для него постоянный дефект. — Эй, ты слышал, что недавно произошло на северном блоке?

— Подбежал служитель, — кивнул Гена, сидевший на стуле.

— Семеро мертвых! — глаза Юры возбужденно вспыхнули, как будто она наслаждалась этим фактом. — Ну, папа в огне, вот он говорит, им всем там по уши. Никто не может понять, что произошло, и даже следователи, которые работают по делу… Как ниоткуда — взял и поморщился посреди ночи.

— Как доходит? — возразил Генка. — Ну, это заправка, там много горючего.

Юрка покачала головой и от азарта заплясала:

— Понятно, но любая защита от возгорания того стоит, она не должна просто загораться! Мой отец много говорил об этом. А еще есть противоречивые показания очевидцев… Кто-то видел, как нечто подобное появилось возле стоянки в темноте, светящееся до взрыва, силуэт, тяжелое! Его глаза расширились. — Правда, это свидетельство сумасшедшего бомжа парка, возле которого есть заправка. Я имел в виду. А другой прохожий говорит, что сначала огонь был зеленым. Зеленый человек! К тому же как-то необычно протекло. Короче, папа третий день не ходит один. Но семь обугленных трупов — вау!

— Как вы думаете, мы рады это слышать? Сурово вмешалась Оля и усадила меня в пустой стул. — Давай, Матвей, садись. Бери, ешь, еще пицца есть.

«Ему, наверное, надоела пицца!» — засмеялся Юрка.

— Привет, Ол! — мальчик, открывший мне дверь, вышел из дома. — Оставьте своих ботаников и приходите к нам!

— Нет, — покачала головой девушка.

— Давай, малышка, не обижайся… — Мальчик опустился на одно колено и вытащил сзади розу. — Это совсем не то, о чем вы думали!

Я не понимал, что происходит, но заметил, что ребятам стало не по себе. Юра рассматривал ее ногти, Генка смотрел на стол и ел пиццу, и только Таня не сводила глаз с мальчика. Оля закусила губу. Мальчик настоял на том, чтобы протянуть цветок, и ждал. Если я правильно понял, он был ведущим вечеринки, знакомым Воронцовой. Подождав еще несколько усталых секунд, он сдался. Отбросив цветок, он встал с колен и сердито посмотрел на нас:

Статья по теме:  Детройт» — «Вашингтон», 12 ноября 2021 года, прогноз и ставки на матч НХЛ, во сколько начало, где смотреть

— Ты сам пригласил меня с друзьями! — возмутилась Оля.

— А теперь я не с тобой разговариваю.

Его взгляд скользнул по Юре, Гене, Тане и остановился на мне. Мальчики назвали свои имена, но владелец проигнорировал их. Не знаю, за кого она меня взяла, может, за парня Оли, почему она заставила меня сесть рядом? Или он просто вспомнил мое лицо, потому что он только что открыл мне дверь.

— Кто ты? — задал мне этот вопрос.

— Эээ… Эм… — нервно и запинаясь, я пожал плечами и покачал головой.

— Деми! Оставь его! — сказала Оля мальчику, положив руку мне на плечо. — И со мной.

Это разозлило его еще больше:

«Эх… Ммм-матвей», — сказал я. — Рад познакомиться… Эх…

Представившись, я встал со стула, протянул руку, ожидая, что он тоже произнесет свое имя. Только он этого не делает.

— Я вас не знаю, Мы-мы-Матвей! Демид скривил презрительную гримасу. От него сильно пахло алкоголем. — Так какого хрена ты делаешь на моей вечеринке? Эй, ребята! крикнул домовладелец, указывая на меня. — Кто знает этого хромого дьявола? Кто знает Матвея?!

Никто не ответил. Сам я никого не знал, все здесь были старше меня и никто из нашего университета, кроме четырех моих однокурсников.

— Слышал, мы-мы-Матвей? Поднимай свою задницу и убирайся из моего дома!

Он схватил меня за воротник рубашки, которую так тщательно облюбовала тетя Полина, и заставил вскочить со стула. При этом Генка и Оля вскочили на ноги. Девушка с рассерженным котом бросилась к Демиду, умоляя оставить меня в покое.

— Что с тобой не так? Чего ты за него держишься, идиот?!

Демид оттолкнул ее, больно схватил меня за локоть и потащил к двери. Сама я больше не была счастлива быть здесь, а теперь только мечтала выбраться из нее поскорее.

— Оставь его, Демид! крикнула Ольга. — А то и я ухожу!

Мальчик остановился. Повернувшись к девушке, он отпустил мою руку.

— Не оскорбляйте ее! — Сделав шаг за Оли, я подошел к Демиду, чтобы коснуться его плеча. В этот момент он снова повернулся и ударил меня по руке скулой.

— Как ты думаешь ?! — удивился Демид. — Ты тоже на меня лезешь ?! Убирайся из моего дома, монстр!

Он сильно толкнул меня в грудь.

Нормальный, здоровый человек встал бы. Но я был нездоров. Я покачивался, пытался удержать равновесие, но не мог нормально двигать ногами. Споткнувшись о низкий тротуар, я упал и ударился висок о что-то твердое.

как будто поезд вошел в мой череп. От адской боли я попытался закричать, но наступила тьма, и я потерял сознание.

Глава 2
Странный доктор

С детства привык, что то, что доступно моим сверстникам, мне недоступно. Я не била доску цветными кольцами, выстраивая пирамиду, что довело почти безграничное терпение воспитательницы детского сада до грани, так что она, скрывая свое раздражение за милой улыбкой, собрала его для меня. Плохо играл в прятки, в одиночку не мог подняться на холм, стал легкой добычей догонять… Футбол, хоккей, баскетбол: все, что требовало хорошей координации движений, было не для меня. Что касается плавания, добившись определенных успехов в том, чтобы не утонуть на глубине одного метра, я тоже поставил точку в этом виде спорта. Спорт, танцы, спуск по лестнице, боулинг, роликовые коньки, самокаты — на каждом из этих развлечений я видела штамп: «Не применимо к Матвею».

Я повторял это каждый раз перед следующим «мне это недоступно». И, пожав плечами, он просто принял новое ограничение.

было труднее привыкнуть к тому, что я встречал в видеоиграх. Помню, как тетя Полина подарила мне новую игровую приставку с геймпадом и мне показалось — все! Это мое! По ту сторону экрана Матвей не отключен, но Матвей — герой! Я мог колонизировать миры, побеждать монстров и спасать принцесс.

Но то, через что я прошел с упорством и терпением в отдельных режимах, требовало чего-то совершенно другого в сети. Быстрый отклик, точное микроконтроль, отличная координация — без этого невозможно добиться успеха в Counter-Strike, Dota 2, Fortnite или любой другой многопользовательской игре. Мои пальцы даже близко не успевали за всем, на что мой мозг успел подумать.

Но я тоже к этому привык, решив, что мое призвание другое. Вошел в мод. Я создавал карты стратегии и шутеров, пока не понял, что лучше всех продумываю сценарии. Не просто мини-места, а замыкается своим сюжетом и сюжетом, миссиями, тактикой прохождения.

Наверное, поэтому первое, о чем я подумал, проснувшись, — прошла ли карта модерацию? Если да, то сколько игроков это уже пробовали? Ему понравилось? Какие отзывы? Получу ли я что-нибудь от этого? Я попытался взять свой смартфон, когда понял, что меня нет дома.

Приглушенные голоса… Запах наркотиков… Шорох простыней… Это больница.

Все было в тумане. Однокомнатная спальня, мягкое белое освещение, окно в крыше с приглушенным светом фонарей. В оглушительной тишине я услышал звуковой сигнал оборудования у кровати и шелест мокрой тряпки, которой кто-то мыл пол. Затем звякнула металлическая ручка ведра. Снова шаги и шорох. Где-то вдали раздался мягкий мужской голос и еле слышный женский голос.

У меня ужасно болела голова. Я попытался поднять руку, но не почувствовал этого. Другой тоже не повиновался. В груди было плохое предчувствие. Сигналы мозга, а значит, не идеальные, не доходили до конечностей — я не мог даже пошевелить ногами.

Я кричала от страха. Вместо крика раздалось задушенное шипение. Нет, не может быть! Мое сердце билось быстрее, мое лицо было покрыто потом, и я отчаянно пытался почувствовать тело, но не мог.

Собравшись с силами, я попытался хоть что-то пошевелить, но даже шеей пошевелить не мог. Почему? Может, я был на наркотиках и…

Я проявлял терпение, пытаясь успокоиться. Все будет хорошо. Двадцать первый век, сейчас почти все лечатся. Тебе просто нужно подождать.

По моим прикидкам прошло больше двух часов, может и больше, не знаю, во времени потерялась. Ничего не изменилось, тело по-прежнему не чувствовал. Я запаниковал. Пусть кто-нибудь подойдет и расскажет, что со мной случилось! Я закричал.

Я не мог этого понять. Я порвал горло, но услышал только шипение и продолжал напрягать связки, пока в легких не закончился воздух. Он набрался сил и снова закричал. И наконец я почувствовал.

Этот крик был наполнен отчаянием и чувством несправедливости, ужаса и разочарования по поводу несбывшихся мечтаний. Работа гейм-дизайнером, девушки, прыжки с парашютом, путешествия — все было потеряно для меня. Как будто высшая сила не была удовлетворена возможностями, выбранными при рождении, она вынула космические ножницы и безжалостно отрезала еще один огромный кусок моего будущего.

Кто-то прибежал кричать. Я не видел кто, я не мог пошевелить шеей. Прищурившись, он перестал кричать. В дверях вырисовывались два силуэта: дежурная медсестра и усатый доктор.

Врач подошел, изучил показания приборов. Он открыл мне глаз пальцами и ослепил светом фонарика.

— Я не чувствую ничего! Я даже головой не могу пошевелить… — мне показалось, что я это закричал, но доктор только тревожно покачал головой.

— Не заставляйте себя, пока непонятно, что вы пытаетесь сказать, успокойтесь…

Его голос стал неразборчивым. Что-то попало мне в руку, а может мне так показалось. Врач продолжал говорить, но мое восприятие реальности превратилось в застывшие образы ощущений. Шорох, что-то холодное в локте, укус…

Время разорвано. Где-то на фоне тишины темной бездны, в которую я падал, доносились голоса.

Безразличный голос врача: «Патоморфологический ушиб головного мозга… Динамика пациента отрицательная… Регресс функции…» Добрые разговоры одногруппников. Рыдания тети Полины: «Мотка, как?» Очень суровый голос Вовы: «Вот, Полинка, он овощ! Подумай…» и причитающий Сашкин плач: «Мотя, проснись! Проснись!»

— Просыпайся! — требовательный голос брата казался очень близким. — Вы меня слышите! Просыпайся!

— Сашка… — прошептала я, но даже себя не расслышала.

Я почувствовал, как его маленькая рука ласкает мой лоб.

— Саша! воскликнула тетя. — Что ты делаешь?!

Младший брат делал то, что делал всегда, когда я притворялся спящим, и хотел разбудить меня: он открыл мне веки, открыл глаза. Его губы дернулись в попытке растянуться в улыбке. Я не мог сфокусировать взгляд.

«Тебе показалось, сынок, — издалека раздался горький голос тети Полины.

Я изо всех сил старался не потерять сознание снова. Я напряг все мышцы, пытаясь дать знак, что чувствую, что просто не могу ответить и…

«Сынок, Мотка тебя даже не слышит», — голос тети стихал с каждым словом. — Не буди его. Если улучшится…

— Давай давай! — раздраженно перебил ее Вова. — Это не зажило. Врач сказал, что состояние только ухудшается.

— Ему будет лучше! — Сашка всхлипнул, а потом расплакался — громко, отчаянно, не веря своим словам. Его крик едва проник в мое потускневшее сознание. — Он обещал показать мне свою новую карточку! Он обещал!

«Я обещал тебе», — согласился я, растворяясь в темноте.

Вернулись тетя Полина и Саша. Или не? Я слышал их голоса, но не мог сказать, был ли это визит или они появлялись много раз. Вовы с ними не было, а если и был, то молчал. Я больше никогда не слышал его голоса.

Но я часто слышал голос доктора. Не тот, который пришел к моему крику, когда я проснулся, а другой. Он представился Юрием Андреевичем, хотя голос его был слишком молод для такого выступления. Я никогда этого не видел. Он приходил часто и сначала в основном молчал, изучая мое состояние, но я однозначно определил его присутствие. От него исходил отчетливо ощутимый запах льда. Не знаю, как иначе объяснить этот дух свежести, хвои и льда.

О том, что медсестры ставят капельницы или делают уколы, я догадывался только по изменчивому состоянию — скопившейся сонливости или расходящемуся жару в венах. Поэтому я не знаю, какое оборудование использовал Юрий Андреевич, но благодаря ему он каким-то непонятным образом сумел со мной пообщаться.

Он начал задавать вопросы, на которые можно было ответить однозначным «да» или «нет», и эти вопросы были далеки от медицины. Они вообще были очень странными. Например, врач описал мне ситуацию:

— Представьте, что у вас есть близкий друг. Ближайший. Друг занимает у вас крупную сумму денег. Например, сколько вы зарабатываете в год. И не вернется. Затем он попадает в беду: врачи обнаруживают, что у него серьезное заболевание, и для его лечения необходимо сделать дорогостоящую операцию. Не зная, куда еще обратиться, он просит о помощи. В ваших силах помочь ему. Ты ему поможешь?

«Чувак? — подумал я. — У меня никогда не было настоящих друзей, но если бы я был, я бы дрался за него. Ну, он не вернул деньги, и это нормально, поэтому он не мог. Он вернет их, когда сможет. А теперь деньги. «Важно, чтобы он полностью выздоровел!» Я подумал, и Юрий Андреевич подтвердил, что получил ответ:

«Итак, вы поможете мне», — сказал он. — Хороший. Вперед, продолжать. Представьте, что вы командир отряда специального назначения. Террористы захватили школу…

Со временем я полюбил запутанные истории странного доктора: они заставляли свой мозг много работать, выстраивая сцены, размышляя о персонажах, их мотивах и вариантах развития событий. С каждым днем ​​задачи Юрия Андреевича становились все труднее, а сделать в них однозначный выбор — труднее.

Но это была не единственная странность. Юрий Андреевич появился ночью в палате, могу сказать точно. Вид не удался, я перестал видеть даже силуэты, только точки света, но я мог отличить день от ночи.

На этой должности я пробыл не меньше месяца. Похоже, за окном выпал снег. Меня отвели в операционную, и когда я проснулся, по тупой, постоянной боли в затылке я почувствовал, что мне предстоит операция. После нее все стало еще хуже, и если бы не приезды тети Полины и Сашки, я бы решила, что обо мне все забыли. Мой брат рассказал о школьных каникулах и новой игре, которую дала моя мама, и снова попросил меня проснуться, встать и пойти с ними домой, чтобы поиграть вместе. Иногда он плакал, иногда злился на меня. Но плакал он чаще.

Однажды ночью я почувствовал запах мандаринов, я услышал шорох конфет, затем издалека раздался аплодисменты шампанского и звон бокалов.

После Нового года, когда я был полностью погружен в темноту и больше не мог видеть, должно быть, был для меня последним. Я устал. Моя голова раскалывалась, поэтому я просто хотел умереть. Новый год казался далеким, и я подсознательно надеялся, что снова встану на ноги или, по крайней мере, меня отправят домой, и даже если я буду парализован, я встречусь 1 января со своей семьей. Это не работает.

Я сопротивлялся, но понимал, что умираю. Все много раз меняло свое мнение, все было хорошо и замечательно: теплые объятия родителей, забота тети Полины, любовь Саши, дружеские поддразнивания одноклассников и одноклассников и даже работа в пиццерии с дядей Давидом. И это не говоря уже о виртуальных мирах книг, фильмов и игр, в которых я прожил сотни жизней.

Я собирался уходить, когда услышал, что странный доктор снова появился. Я чувствовал ее спокойное, размеренное дыхание и ее холодный дух.

— Матвей! Матвей! — голос Юрия Андреевича прервал забвение.

Я не мог открыть глаза.

— Не заставляйте себя. Просто послушай. У тебя дела плохи, Матвей. Операция прошла неудачно, головной мозг был поврежден непоправимо. Черепно-мозговая травма, наложенная на детский церебральный паралич, вызвала каскадные нарушения. Вам уже отказали в зрении, ваш слух на грани, там все на грани. В любой момент у вас может выйти из строя сердце или легкие, и вас не будут держать в респираторе долгое время. Завтра они планируют выключить тебя, и твоя семья уже согласилась…

Его слова исходили издалека, как будто он не разговаривал со мной. Вот и все — конец. Наконец и навсегда. Такой короткой жизни я столько не видел, не слышал, не узнавал. Я хотел сказать ему, что до недавнего времени был готов умереть, а теперь отчаянно хочу жить, что все это ужасно несправедливо, но я не мог говорить.

«Никто не хочет умирать, Матвей», — прозвучали приятные нотки в бесстрастном голосе. «Но не все заслуживают жизни. Мы много разговаривали, и я думаю, вы это заслужили. Не жизнь растения, но полная, даже более полная, чем у большинства других. Вот почему я здесь и говорю с вами. Слушай внимательно.

Я попытался сосредоточиться, но его голос был все еще далек, а мое хриплое дыхание было громче, чем слова Юрия Андреевича. О чем ты говоришь? Что-то странное…

— Я могу тебя вылечить. Полностью устраните последствия травм. Все, что нужно, — это ваше согласие.

— Я почувствовал, как он потер мне веки чем-то влажным.

На этот раз это сработало. Я открыла веки и долго пыталась сосредоточиться на своих глазах. Он терпеливо ждал, и, наконец, я смог разглядеть склонившуюся надо мной фигуру. Узкое лицо, тонкие серые губы, огромные темные глаза.

— Матвей, повторяю, мне нужно ваше согласие. Мигает один раз, если вы его получили.

Я закрыл глаза, снова открыл их.

— Хороший. То, что я собираюсь сделать, требует вашего безоговорочного согласия. Понимаете, это не традиционная медицина. Это вовсе не лекарство. И это не может быть привнесено силой, и никому необходимо естественное принятие Меты человеческой психикой. На мой взгляд, вы подходите, но у Меты есть свои критерии.

Половина? Он произнес слово, как если бы это было имя или имя.

— Что это? — попытался спросить я, не чувствуя губ, но он меня понял.

«То, что я имплантирую в ваш спинной мозг, называется нейроморфным чипом. Ваше восприятие реальности станет намного шире, но возможности, которые даст вам нейроморф, полностью зависят от вас. Исцеление организма — это всего лишь побочный эффект. Будет больно, но это не самое главное. Видишь ли… — он заколебался. — Я должен вас предупредить. Могут быть, скажем так, другие эффекты. Не очень приятно. Вероятность этого есть. Моргните трижды, если согласны и готовы.

Я был готов к любому эффекту, готов выдержать всю боль мира, чтобы получить шанс жить! Поэтому я моргнул больше трех раз, пытаясь выразить свое полное согласие.

«Все, все, я понимаю», — сказал он с кривой улыбкой. «Теперь я дам вам лекарство, которое частично облегчит боль и замедлит ваш метаболизм. Восприимчивость тоже снизится, хотя и намного… К сожалению, полная анестезия невозможна, для полноценного нейроимплантата нужно быть в сознании. Прежде всего, не кричите. Потерпи! В противном случае половина больницы сбежит, и процедура может быть остановлена. Понял?

Я снова моргнул. Потом доктор открыл чемоданчик, поставил рядом, вынул что-то и воткнул мне в шею.

Мое сердце билось очень медленно и слабо, и только по изменившемуся полю зрения я понял, что врач перевернул меня на живот. Что-то холодное и острое коснулось чуть ниже моей шеи. Он надавил сильнее .. и, похоже, он пронзил мне позвоночник. Врач попросил меня не кричать, я стиснул зубы как мог. Кажется, в тот момент он наклонился ко мне, потому что его шепот был близок к моему уху, теперь он был более взволнованным и несколько задыхающимся:

— Матвей, послушай еще раз. Те, кто послал меня, хотят с вашей помощью сделать что-то ужасное. Я оценил, как вы прошли мои тесты, и мне кажется, что вам не следует становиться слепым исполнителем чужой воли. Так что я очень надеюсь, что вы сможете им противостоять. Попробуй… — его голос дрогнул, он закашлялся. — Постарайся остаться самим собой, Матвей.

Адский огонь распространился по моей спине. После бесконечных секунд боли, когда я даже не мог дышать, все было кончено. Где-то наверху словно издалека послышался голос:

— Все, уже все. С вами все прошло на удивление быстро. Склеиваю. Готовый. Он перевернулся ко мне на спину, наклонился и прошептал: — Удачи, Матвей. Ждите пробуждения!

И тут началось что-то очень странное.

Я упал и провалился в бесконечную темную бездну, так долго, что в какой-то момент я подумал: может, я не падаю, а просто парю где-то в космосе? Так где же звезды?

И они появились. Яркие пятна, которые горят, как пиксели, вспыхивают, стали теснить друг друга и превратились во что-то знакомое.

Пиктограммы? руны? Они менялись несколько раз, пока не появились понятные слова:

Для мысли и действия рождается человек.

Как только я прочитал надпись, она исчезла, сменившись другой:

Определен и установлен язык интерфейса: Русский.

Словарный запас и база изображений игрока были прочитаны, адаптированы и будут использоваться в дальнейшем общении.

Словно убедившись, что я могу не только читать, но и понимать написанное, текст моргнул и снова изменился:

Интеграция и активация нейроморфа успешно завершены.

Определение начальной точки успешно завершено.

Сканируется тело игрока: 1 %.

Нейроморф? Ну да, Юрий Андреевич об этом упомянул .. Я с нетерпением ждал завершения сканирования. Не знаю, как долго я так висел в темноте. Я себя не видел и не слышал: ни тела, ни глаз, ни дыхания.

Поскольку процентные значения менялись очень медленно, я мог вспомнить всю свою жизнь; составить гайд по прохождению большого подземелья в Забытых Полях битвы; построить дюжину теорий о том, что мне создал этот странный доктор, только для того, чтобы в конце концов впасть в состояние полусна.

Оттуда меня унес импульс, унесший забвение прочь. Текст обновлен:

Сканирование тела игрока завершено. Лексический анализ инвентаризации завершен.

Оценка физического состояния проведена: 12 %.

Произведена оценка интеллектуального статуса: 78% по стандарту вида, 245% по стандарту Meta.

Расчет уровня игрока…

Возможно присвоение уровня: 6 (отрицательное значение).

Игрок, выберите один из возможных вариантов стартовых условий игры:

1. Присвойте начальному уровню отрицательное значение (? 6) при сохранении текущих телесных повреждений. Бонус выбора: +3 случайных умения, + 100% скорости развития игрока.

2. Исцеление текущих телесных повреждений путем присвоения начального уровня отрицательного значения (? 3). Бонус выбора: +2 случайных умения, + 50% скорости развития игрока.

3. Полное исцеление организма с последующим присвоением начального уровня нулевого (0) значения. Бонус выбора: +2 случайных умения.

4. Полное оздоровление организма с последующим присвоением начального уровня с положительным значением (1) и возможностью выбора класса. Бонусов нет.

Смущало активное употребление слова «игрок», как будто моя крыша окончательно снесла, а в коматозном бреду я что-то издаю как наяву… А может все дело в той же «лексике», то есть , слова, которые я обычно использую? Возможно, устройство, которое мне установил доктор, просто работает с известными мне понятиями.

Я думал об этом. Обширный игровой опыт утверждал, что уровни можно повышать, но с самого начала — раз и навсегда — бонусные перки и более быстрая скорость развития персонажа. Но все это не будет иметь значения, если я останусь таким же калекой, каким был, даже если нейроморфный чип вернет мне мою подвижность.

Исходя из этого, я отказался от первых двух вариантов. Я не хотел болеть ни на какой процент от скорости разработки.

Тот факт, что чип давал мне выбор между нулевым и первым уровнем, ясно указывал на то, что между ними есть разница. Вполне возможно, что нулевой уровень снижает некоторые способности, которыми изначально обладает игрок первого уровня. Но никаких объяснений по этому поводу не было. Я пытался сфокусировать взгляд на каждой точке, мысленно нажимать кнопку, использовать свой голос, не слыша себя. Все напрасно.

Буквы неподвижно висели в темноте. И тогда я выбрал — не только смотрел или читал, но сознательно сделал выбор: третий вариант. Ее нулевой уровень и два ее таланта были чепухой по сравнению с абсолютным исцелением!

Игрок, выбор сделан. Введите Мета как:

Матвей Колесников, уровень 0.

Генерация первого бонусного таланта . успех.

Матвей, получи 1 уровень «Эрудиция» feat.

Талант дает возможность загружать известные знания в мысленный запрос (то, что известно не менее 0,001% населения данного места в мире).

Генерация второго бонусного таланта . успешно.

Матвей, получи подвиг 1 уровня «Рок.

Талант дает возможность полностью игнорировать любой урон в течение 1 секунды после первого удара (урон — это все, что снижает уровень вашего здоровья).

Начните полное исцеление тела игрока.

Исправление дефектов…

Проценты показаны ниже, но на этот раз потребовалось больше времени, чем при сканировании. Огненные муравьи, казалось, ползали по телу. Точнее, они закрылись внутри тела. Они прожгли проводящие пути в мягких тканях, костях и мозге, как будто создали во мне сложную разветвленную микросхему. Больше всего скапливается у основания затылка и в области висков. Они кишели там, наполняя головы жаром, их мозги уже буквально закипали — и тут меня накрыла вспышка ослепляющего белого света.

ГЛАВА 3
Вход в Мета

Позже тетя Полина рассказывала, что когда они пришли встречать меня зимой, восторженный лечащий врач отвел их в мою палату.

«Пока рано делать прогнозы, и я не хочу вас успокаивать, но в состоянии Матвея произошли некоторые изменения», — сказал он, стоя у моей кровати.

С того дня прошли долгие недели, месяцы восстановления. Я не приходил в себя, я спал, но сон не был пустой темной бездной — в нем я видел себя в виртуальных мирах, которые я смог воспроизвести в своей жизни… Я бродил по просторам Мира из Warcraft и Lineage II, они бегали с оружием наготове по локациям стрелков, выполняли миссии в The Elder Scrolls… Но внезапно все закончилось, и чувство застряло в моей голове на всю оставшуюся жизнь, когда я пришел в себя.

Игрок, реконструкция вашего тела завершена.

Добро пожаловать в Мета!

Он начинается со следующих условий:

Уровень: 0 (основные функции недоступны).

Таланты: «Эрудиция», «Рок».

Класс: недоступен до 5 уровня.

Выберите название игры: …

Я застрял в ожидании какой-то виртуальной клавиатуры, но ничего не появилось. Потом я начал мысленно произносить варианты игрового никнейма и все, сменяя друг друга, оказывались в правильной строке: Матвей, Мотя, Доджер, Тактик… Я часто менял никнеймы, они отражали эволюцию моих увлечений. Последним и самым долгоживущим был Рыцарь. Так произносится английское слово Knight, а также ночь. Своего рода каламбур. В играх с Сашей я всегда был для него каким-то рыцарем, хоть и неуклюжим, а он был верным оруженосцем. Кроме того, моим любимым временем дня была ночь, когда в тишине и покое я мог погрузиться в свои любимые миры, будь то игра, книга или сериал.

Выбрано название игры: Knight.

вы можете изменить название выбранной игры один раз, пока не достигнете 10 уровня.

Knight, по результатам сканирования, Meta определила, с какими игровыми функциями вы начнете:

Тело: 1.

Причина: 1.

Ощущение: 1.

Подарок: 1.

Хорошая игра, мета-игрок!

Текст исчез, как только я его прочитал. Я открыл глаза .. и это было похоже на выход из вязкого болота под солнечным светом: все мои чувства заработали одновременно. Некоторое время я лежал там, закрыв глаза и боясь пошевелиться, онемел от прилива нарастающих ощущений. Запах отбеливателя, лекарств, пыли, запах супа из столовой, и я даже мог сказать, что это за соленья, все это внезапно ударило меня в нос…

Статья по теме:  Прохождение Granny

Так же неожиданно в уши ворвались шумы, которые мозг четко разложил на источники: звуки улицы, потрескивание тающего инея на стекле, голоса врачей и пациентов, медсестер и посетителей больницы, бормотание телевизора в коридоре и мелодия смартфона в соседней палате. Аналогично повело себя осязание и вкусовые рецепторы. Волоски на руках приподнялись, я ощутил легчайшее движение воздуха — сквозняка, проникшего из открывшихся дверей больницы и проскользнувшего через мельчайшие щели в оконной раме.

Очень осторожно я снова открыл глаза, глядя на мир сквозь ресницы, и даже при этом я ясно видел потолок до мельчайшей трещины.

— Я жив. Я живу! — Я справился с сухостью во рту, и, если не считать объяснимой хрипоты, фраза звучала ясно.

Меня ужасно мучила жажда, меня грызло голодом, но это были нормальные человеческие потребности, а в остальном я чувствовал себя абсолютно, на тысячу процентов здоровым!

Чип не только вернул меня к жизни, но и снял последствия родовой травмы.

Следующие несколько минут я прислушивался к себе, изучал тело, двигал конечностями и поворачивал голову. С некоторым опасением он почувствовал себя ущемленным, уверенным, что это не сон. Решившись на это, я взял свою гиперчувствительность и сумел адаптироваться, более-менее вырезать все лишнее, чтобы воспринимать только важное.

А потом я встал. Сначала он сел на кровать, затем поставил ноги на землю и встал. Он встал, убедился, что я не падаю, и сделал шаг. Другой, третий — на выходе из палаты, в ту сторону, откуда шел захватывающий дух кисло-мясистый дух соленья.

С радостным изумлением я пошел по коридору больницы, твердо шагая и считая свои шаги. Он и другие пациенты вошли в столовую и получили свою порцию супа, тарелку ячменной поленты с ломтиком отварной рыбы и стакан ароматного сладкого компота с ароматом сухофруктов. И это было настолько обыденно, что я, наконец, отбросил мысль о том, чтобы пойти с крышей и увидеть галлюцинации.

Желудок мог бы отнять от груди твердую пищу, но голос разума уступил место голоду, и я набросился на еду с таким рвением, что вскоре встал в очередь за новой.

Там меня и нашла запаниковавшая медсестра. А потом началась такая неразбериха, что я даже пожалела на какое-то время, что проснулась.

Для начала меня отвели обратно в палату, заставили лечь и запретили вставать. Потом прибежал лечащий врач и назначил серию анализов: от МРТ головного мозга до рентгена легких, не говоря уже о том, чтобы обследовать все, что только можно.

Когда они наконец закончили с этим, они принесли мне обед и продолжали кормить меня, но это только подогревало мой аппетит, так как они дали мне только тарелку пюре из поленты и стакан йогурта. Я решительно попросила еще еды, и тут приехала тётя Полина с сияющим Сашей.

Увидев меня — впервые за почти полгода — на совести и даже яростно проклиная медсестру, Сашка издал радостный боевой клич и прыгнул мне в объятия с ускорения. Тетя Полина, плача от счастья, долго прижимала меня к себе, гладила меня по спине и излила такой незначительный поток слов, что я перестал слушать, просто купаясь в ее и Сашин объятиях.

Медсестра бегала вокруг нас, жаловалась, что я только что проснулся и мне нужен покой, а неуклюжий человек в военной форме неловко стоял, пока не подошел старый доктор в очках в роговой оправе, а потом все как-то тут же успокоились.

— Полина Александровна… — Доктор откашлялся, и по тому, как он обратился к тете, я понял, что они уже знакомы. — Матвей, меня зовут Ярослав Исаевич Крыса, я заведующий отделением нейрохирургии. Смотрите, как получилось: вы с нами уже шестой месяц, а мы только что познакомились.

Он протянул руку, и я пожал ее: маленькая, с пигментными пятнами.

— А где Юрий Андреевич? Я спросил.

— Что за Юрий Андреевич? — удивился старик.

— Мой доктор. Он часто приходил ко мне, говорил со мной…

Врач обменялся взглядами с медсестрой, и я увидел, как она покачала головой.

— Матвей, ты никого не видел. Вы были в коме, и за вами ухаживал только ваш врач. Я даже не помню медсестер с такой фамилией. Может, это посттравматическое…

— Нет, Ярослав Исаевич! Я точно помню! Я это видел и слышал!

— Мотка, Мот, успокойся… — Тетя Полина взяла меня за руку. — Послушайте доктора, он объясняет, что…

Глядя на их встревоженные лица, я подумал, что будет разумным не драться. Этого все еще было недостаточно, чтобы считаться сумасшедшим. Нет, с меня достаточно больницы.

«Да, я полагаю». Я кивнул, закусив губу. — Скорее всего, это был сон. В общем, мне снились странные сны.

«Хорошо», — согласился доктор. — Матвей, согласны. Видишь, то, что с тобой случилось, невероятно. Не буду морочить вам голову медицинской терминологией, объясню вам легче. Вы умирали без надежды на спасение — мозг регрессировал, внутренние органы работали со сбоями и отвергались один за другим. Мы сохранили систему жизнеобеспечения, но если вы ее отключите, вы не проживете и часа. Но случилось чудо! Чудо!

Ярослав Исаевич потер ладони, тепло улыбнулся. Зубы у нее были редкие, потемневшие, но улыбка все еще оставалась теплой благодаря паутине морщин вокруг живых выразительных глаз.

— Вдруг, без видимой причины и вопреки ожиданиям, ваше тело начало биться! — торжественно объявил он голосом диктора советского радио. — 2 января приехавший к вам дежурный врач обнаружил положительные изменения в ваших показателях. А на следующий день…

Вдруг возле головы Ярослава Исаевича появилась надпись. Как и в коматозном сне, шрифт такой же: чистый, рубленый, с буквой «о» в форме идеального круга.

Автоматический вывод профиля отключен.

Рыцарь, хотите получить дополнительную информацию по теме «Ярослав Исаевич Крыса»?

Не веря своим глазам, я огляделась.

— . и подобный случай был зарегистрирован только один раз в военном госпитале Марселя в девятнадцатом веке… — сообщил врач.

Со слов врача выяснилось, что мое тело восстанавливалось несколько месяцев, но динамика определенно была положительной. Тетя Полина, Сашка, медсестра со значком «Виктория» и неизвестная спутница моих родственников внимательно слушали, а тетя даже открыла рот: Крыса была прекрасным рассказчиком.

На пороге палаты появился один из посетителей: невысокий худой мальчик с волосами цвета снега, видимо, тоже завороженный лекцией Ярослава Исаевича.

Я снова посмотрел на доктора, и текст все еще был рядом с ним. Он парил в воздухе, словно приклеился к седой голове. Также, если доктор покачал головой, текст не дрожал, но как только он отошел в сторону, следовала надпись. Действует виртуальная амортизация.

Перечитываю текст, не понимая, с чем согласиться. Никаких кнопок вроде «Принять», ничего… «Да», подумал я, «хочу».

При этом этот текст исчез, а над головой врача появилась надпись:

Ярослав Исаевич Крыса (вне Меты)

Соответствие мета: 14 %.

Биологический возраст: 72/73.

Отношение: интересно.

Я остановился на непонятной дроби «72/73», и появилось предположение: «Объект прожил 72 года из 73 ожидаемой жизни. Прогноз основывается на вашем текущем состоянии здоровья и образе жизни. Износ тела: 95,91 %».

Рядом с ним вспыхнул вопросительный знак, и когда я мысленно коснулся его, в нижней части моего поля зрения загорелось прямоугольное окно со слегка закругленными углами и курсивом:

Ожидаемая продолжительность жизни (LPL) — это период, который остается для человека с текущим образом жизни. Это может измениться. Рассчитано аппроксимационным методом (максимально приближенным, но не 99,9 %).

Но не было объяснено, что означает «соответствие с Мете», а также «отношения». С другой стороны, рядом с каждой строкой отображалось предложение оставить или удалить информацию для дальнейших просмотров профиля.

Ярослав Исаевич закончил свои объяснения, откашлялся и сказал, что меня оставят для наблюдения на ближайшие три дня, после чего, если не будет осложнений, выпишут.

Когда доктор ушел, я сидел, обнимая Сашу, которая с энтузиазмом рассказывала мне о своей тяжелой жизни в первом классе и своей строгой маме, которая не разрешала ему играть в видеоигры больше часа в день. Тетя Полина познакомила меня со своим напарником, солдатом по имени Павел Данилович. Он похлопал меня по плечу, пожелал скорейшего выздоровления и вышел из комнаты, сказав, что будет ждать снаружи.

— И Володя устроился на работу! Водитель компании. Приведите самого директора! — расцвела тетя Полина. — А Павел его знакомый, Володя просил отвезти нас в больницу…

— А как насчет твоей машины? — Я удивлен.

«Значит, Володя у нее работает», — тетя Полина, в свою очередь, удивилась моему непониманию и повторила: «Приведите директора.

С мысленным смешком я решил не вдаваться в подробности. Какой там директор по старой машине тети Полины? Что насчет твоей работы? Ей тоже нужна машина… Но сейчас настроение было слишком хорошее, чтобы понять. Если напишут, я узнаю.

Мы поговорили еще немного, а потом я почувствовал сонливость.

— Ладно, Мотка, мы убежали, перед Павлом Даниловичем неудобно. Когда вы вернетесь домой, что вам приготовить? Как тебе торты?

При мысли о пирогах тети — с луком, яйцами, зеленью, картошкой — я проглотил. Видно, мое лицо приобрело такое мечтательное выражение, что тетя Полина все поняла и засмеялась:

— Прикрыто, племянник. Для вас будут торты!

Когда они ушли, они молча закрыли дверь, и я, счастливо улыбаясь, уткнулся в подушку и закрыл глаза. Мне нужно отдохнуть, слишком много событий в первый день после комы.

Но мне не давали спать. Благодаря моему улучшенному восприятию, спокойному дыханию и тонкому движению воздуха я понял, что кроме меня в одинокой палате появился еще кто-то. Он поднял голову, всматриваясь, но никого не увидел.

«Понял, понял», — сказал насмешливый голос, и из тени в углу появилась фигура. — Что ж, до свидания.

Это был тот же невысокий седой мальчик, которого я принял за посетителя. Незаметным движением он оказался рядом со мной и сел на стул.

— Нуль? Я понимаю, я только что вошел. И вот зашел к другу, смотрю — на карте есть отметка. Ну думаю, а кто это? Я знаю всех в этом месте, новичок или как? И так оно и есть — новичок!

Я пересчитал информацию над головой странного посетителя:

Заметив, куда я смотрю, он покачал головой:

— Нет-нет, даже не пытайся. Это не будет работать. В этом гнилом мире тотальной публичности сохранение анонимности — одно из преимуществ любого игрока.

— Что за игра? — хрипло спросил я. — Что значит Мета? Скрай, тебя так зовут?

— Так, даже если Скрай это ник. Ник. А что за игра, что такое Мета и все такое — это не вопросы ко мне, через которые я проходил.

— Но к кому обратиться? Я действительно новичок, но не могу понять, что меня во всем этом привлекло. В больнице сказали, что такого человека здесь нет и не было.

— Ой, значит, ты у нас не новичок, ты новичок! Скри понимающе кивнул. — Я так понимаю, контакт вас порезал.

— Что ж, теперь вы его контактное лицо по рекруту. Он подключил вас, то есть завербовал, а это значит, что определенный процент ваших очков развития на какое-то время достанется ему. Хорошо, не загружайте. Я дам вам несколько советов: не светитесь слишком сильно, узнайте сами, тихо и тихо. Не доверяйте никому — само собой разумеется, в Мете каждый сам за себя, даже если это клан. Не связывайся с нечистью, рядом увидишь кого-то такого жутко странного: держись за руки и беги. Ну это . лечить, что ли?

Последние слова возникли из ниоткуда, Скри просто исчез. У меня отвисла челюсть, я даже заглянул под кровать, чтобы проверить, куда пропал таинственный посетитель. Из двери послышался смешок.

Меня больше никто не беспокоил, и я, немного задумавшись, мирно проспал до рассвета.

А с семи утра движение началось. Меня возили из офиса в офис, проверяли все, что можно проверить у здорового человека, пытаясь найти хоть какой-то недуг. Ничего не нашли. Мое кровяное давление, которое постоянно повышалось, тоже было идеальным. И что самое странное, они не обнаружили никаких нейроморфов. Как будто его никогда не было! Или он каким-то образом растворился в… теле? В мозгу? Эта мысль заставила меня почувствовать себя неловко.

К полудню я остался один, и было время подумать о том, что происходит. То, что это не вписывается ни в какие привычные рамки, понятно, но мне хотелось как-то все это связать.

Главной причиной всего этого был Юрий Андреевич. Из-за регрессивного взгляда я не мог хорошо его наблюдать. Единственный раз, когда я что-то заметил, был тот новогодний вечер, когда он что-то потер мне глаза. Высокий, слегка изогнутый, с узким лицом. Никаких особых знаков, кроме имени, которое он сам себе дал. Скорее всего, вымышленный. А также его слова о том, что кто-то приказал ему связать меня с Метой. Кто?

А пока я спрашивал пациентов и медсестер, где я могу найти Юрия Андреевича, но они все пожали плечами — никто не знал. Ключ ни к чему не привел.

Вторым безнадежным преимуществом был Скри. Уже утром, вспоминая его кончину, я долго пыталась понять, не снится ли мне необычный посетитель? Все были в пользу этого варианта, потому что после того, как родственники уехали, я лег спать, а потом появился. Но то, что Скрай настоящий, косвенно подтверждало наличие третьего, последнего звена. Себя.

Я и мой мета-интерфейс. Сомневаюсь, насколько мне нравятся эти надписи как галлюцинации в голове, но я здоров, паралича больше нет. Как с этим спорить? Врачи больницы до сих пор удивляются, когда сравнивают результаты анализов!

Пока что Мета показывала информацию только о людях, которых я встречал. То есть нельзя сразу догадаться, что в голове есть какая-то вещь, завершающая реальность, лежание в одинокой палате. Я видел мир нормальным взглядом: без виртуального наложения, отображение свойств объекта, индикаторов состояния и тона, вообще ничего. Хотя выбор, который мне дали сделать вначале, ясно показал, что Мета была похожа на компьютерные ролевые игры, потому что она была связана с уровнями и талантами.

Таланты, конечно! Я не решился проверить, что мне предлагает Скала, но с Эрудицией есть варианты. Итак… Какую информацию вы бы попытались получить? То, чего я точно не знаю… После того, как я это придумал, я задал себе вопрос. А ТАКЖЕ…

Ничего не произошло. Я воспроизвел вопрос в голове, повторил его вслух с разными выражениями, но Мета не отреагировала. И тогда я отправил запрос. Не знаю где и даже не скажу, как именно это сделал, но попытка сработала. Ответ пришел в форме столь же простой, сколь и неожиданной. Никаких всплывающих в воздухе текстовых окон, никаких спецэффектов.

Я только что понял ответ: человек состоит из семи октиллионов атомов. Это сработало! Обрадовавшись, я сразу решил узнать, что такое оттиллион, но что-то пошло не так. Но снова появилась Мета:

Не хватает энергии m на активацию таланта!

Рыцарь, вы впервые используете мета-талант.

Любой мета-талант использует особую энергию.

Небоевые мета-таланты используют m энергии, количество которой зависит от вашего «Разума».

Боевые мета-таланты используют f-энергию, количество которой зависит от вашего счетчика «Тело».

Внизу появились две шкалы — цветные полосы, слева от которых отображались обозначения видов энергии. Красный представляет энергию f, синий — энергию m. Практически показатели здоровья и маны, если продолжить аналогию с компьютерными играми.

Наряду с этим я начал ощущать, что Мета — одна из тех систем, где игрок постепенно знакомится с курсом, позволяя ему расширять функции и элементы управления, когда он будет готов.

Хотя у меня была другая версия. Все это снижение — следствие моего нулевого уровня. В конце концов, не случайно, что после того, как я вышел из забвения, в моем первоначальном профиле упоминалась какая-то неполная функциональность.

В любом случае, пора познакомиться с Метой поближе.

Глава 4
Что такое Мета?

В день выписки из больницы я решила отметить свой второй день рождения. Не в ту ночь, когда таинственный референт Юрий Андреевич вживил мне нейроморфный чип, и не когда я проснулся здоровым, а в день выписки — как символ моего последнего возрождения.

Я не могу назвать это обычным словом «выздоровление». Я не только выздоровел, но и действительно стал другим человеком, хотя по документам остался тем же Матвеем Колесниковым. Только этого мальчика больше нет.

Касса прошла случайным образом. Тете Полине и Саше удалось забрать меня только после обеда, а потом уже на такси. Его машина по-прежнему оставалась в эксплуатации у Вовы. Как оказалось, не просто машина.

— Интересно, как выглядит твоя карта? Ты мне покажешь? — спросила Саска.

— Конечно! Я погладил его по взъерошенным завиткам.

Мы сели в такси с ним на заднем сиденье, и с переднего сиденья, повернув голову, заговорила тетя Полина.

«Мот, только не ругайся…» — начал он со вздохом. — Когда… В общем, когда врачи сказали, что тебе не станет лучше… Понимаешь, Володе нужно было работать. Много, там он взял на себя некоторые дополнительные обязанности, и без компьютера он оставался без помощи рук, понимаете? — болтала, пытаясь все объяснить поскорее. — Его карьера пошла в гору, от обычного водителя до…

— Тетя Полина, а мой компьютер дома? Я его прервал.

«Нет, Мот», — виновато ответила она. — Володя брал его на работу.

Я долго молчал, гася зарождающееся возмущение. Обиделась не на тетю, а на ее парня… Ну, не отпустит, а тут все нормально: умираю, у меня компьютер без хозяина, почему бы не лапу положить? Кто сейчас приходит в офис со своим компьютером? Не удивлюсь, если Вова его давно продал и слил деньги в ставки на спорт. У него было такое нездоровое хобби.

— Мотка, а ты не обиделась? — Смотри, тётя растерялась.

Нет, это тоже не омрачало радости. Я продублировал все свои файлы в облаке, чтобы выжить. Я широко улыбнулся:

— За что? Ничего страшного, тетя Полина!

«Я скажу ему принести компьютер домой…» — пробормотал он. — А если не сможет, дадим новую…

Увидев свой задний двор, я почти забыл о возможной потере своего компьютера. Он сам вышел из машины, вылез, отнес сумку и остановился у входа, чтобы глубоко вздохнуть, посмотреть в голубое небо, увидеть там четко различимую точку далекого самолета и понять — мне это не снится. Честно говоря, такие мысли были, но последние сомнения развеял наш подворный пьяница по прозвищу Себастьян:

Он прищурился полуслепыми слезящимися глазами, пытаясь понять, ошибся ли он. Ему было за пятьдесят. Некогда коренастый и крепкий мужчина с роскошными вьющимися волосами теперь превратился в сутулого неряшливого крестьянина с лысой головой, обрамленной сальными кудрями.

Тетя Полина ответила вместо меня:

— Сэр, Себа, вы снова пьяны? Что ты за человек? Он такой, он есть! Матвей!

— Привет, дядя Себастьян. — Я пожал протянутую руку, внимательно рассматривая информацию, предоставленную нейроморфом:

Сергей Назарович Севастьянов (вне Меты)

Соответствие мета: 4 %.

Биологический возраст: 54/57.

Отношение: крайне интересно.

— Ой, эксель-моксель! Себастьян ругался сложно. — Так это чудо! Я думал, что все, мальчишку похоронили, прости, Мотка, — на секунду его смутил его слова, — вот как оказалось, ексель-моксель! И самое главное, я все думал о том, как сильно мне это не хватало, но это так! Так что, Полинка, дай мне уйти, стыдно об этом не говорить!

«Ты убежишь», — строго, но улыбаясь, сказала тетя Полина. — Сообщите сами. Мальчику нужно отдохнуть.

Крепко сжимая банкноту, Себастьян ударил себя кулаком в грудь, кивнул и убежал. Он хромал, но внутренний компас не давал ему заблудиться: он по прямой мчался к лавке во дворе среди кустов. Было больно видеть, как он не без помощи тети Полины идет и сокращает и без того короткий остаток своей жизни. Но что с этим делать, я до сих пор не понимаю.

По привычке я собрался с силами, чтобы совершить еще один подвиг и подняться на наш третий этаж, но вернулся в себя. Ведь в больнице он легко поднялся на несколько этажей, изучая возможности нового тела! Нейроморфный чип привел в порядок мое здоровье не только с точки зрения недугов и болезней, но и улучшил мое развитие. Укрепился скелет, мышцы, и все, что мне нужно было сделать, это привыкнуть к новым возможностям и отточить координацию. Я не сразу перестал падать на одну ногу при ходьбе, мой мозг слишком привык к старым движениям.

Сашка первым взбежал по лестнице, я последовал за ним по ступенькам, а за ним, поздно, шла тетя Полина. В таком шествии мы добрались до своего места, только вот Раиса Сергеевна, которую мы звали Баба Рая, притормозила нас вдвое. Старуха была озорной и неодобрительно относилась к тете Полине, распространяя слухи о ее низком моральном облике.

Баба Рай недоверчиво посмотрел на меня с головы до ног. На очередную «хахал полинку» на возраст не потянул, а вот на неисправную мотку 36-й квартиры двинулся слишком уверенно.

— Кто это с тобой, Полинка? — угрюмо спросила бабушка.

— Внук выписан! — поспешила разделить радость тетя Полина.

— Это что-то вроде того? Постой, это Мотка, что ли? Иди сюда… — он поманил меня искривленным артритным пальцем. — Смотри, правда Мотка жива, ух ты! И бег… — Он покачал головой и прищелкнул языком. — Что делает лекарство! За деньги, я полагаю, сейчас всех лечат, а? Откуда деньги, Полина? Послушайте, они не могут вылечить какой-то артрит гастритом, даже если я каждую неделю хожу в поликлинику, а в больницу…

Он перечислил все свои недуги, озвучил все, что думает о современной бесплатной медицине и недобросовестных врачах, коновал, прежде чем мы смогли попрощаться.

Поднявшись на один этаж, мы наконец очутились дома.

«Что такое Мета?» — спросил я, еще находясь в больнице, сразу после того, как у меня хватило сил сделать запрос. А вы знаете, какой у вас ответ?

Запрос не выполнен.

Критерий не соблюден: меньше людей знают ответ на этот вопрос.

Нравится. Однако это тоже позволило кое-что понять. На Земле не так много людей, как я или этот таинственный невидимый мальчик-скрей. Значительно меньше семидесяти тысяч человек, если правильно посчитать проценты. Стипендия может дать ответ только в том случае, если ответ на вопрос знает не менее 0,001% населения мира, а это всего около семидесяти тысяч.

В тот же день, запертый в больничном туалете, я провел еще один эксперимент. Стальная вилка, вырванная из столовой, отказывалась воткнуться в мою ладонь. Удара было недостаточно, чтобы серьезно повредить руку, но все же достаточно, чтобы хотя бы проткнуть кожу. Талант, приобретенный при входе в Мета, сработал: вилка поскользнулась на коже и ударилась о стену, на которую я опирался, но я не чувствовал боли. Итак, легкое прикосновение… Пробовать еще раз я не решился: f-энергия упала до нуля и восстанавливалась почти сутки, а без нее талант не работал бы.

К сожалению, я не смог найти никакой помощи ни по установленному нейроморфному интерфейсу, ни по встроенной «Wiki». Если честно, ничего не нашел — видимо, мой нулевой уровень имел значение. То есть вроде плеер, но неполноценный, с урезанным функционалом. Придя к этой мысли, я грустно улыбнулся: вся моя жизнь прошла с урезанным функционалом.

Хорошо, как ты играешь в Мету? В конце концов, вы должны в нее поиграть, верно? Не то чтобы во всех упомянутых сообщениях это игра… Но как?

Как зарабатывать очки опыта, если они есть, как повышать уровень, что вообще делать — все это оставалось загадкой в ​​последние дни перед выпиской. Мете напомнили только блоки информации о людях, с которыми я встречался — которые я беззастенчиво использовал, возродившись, чтобы снимать информацию с первого взгляда — и мои «таланты». Скала проявилась, когда я, задумавшись, на полной скорости врезался в верхнюю дверь. Такие ежедневные травмы были мне знакомы, и я уже рефлекторно дергался в ожидании боли и слез из глаз. Ни фига. Он сильно ударил, но ничего не услышал!

Стипендия стала незаменимой при разгадывании кроссвордов. Соседи по общей палате, куда меня перевели, с энтузиазмом разбирались с ними, и к концу первого дня меня уже знали как знатока.

— Ну ты, Матвей, голова! — восхищался электрик Леонид Петрович, которого опрокинул столб высоковольтной линии электропередачи. — Вы должны играть в «Свою игру»! Или в «Что? Где ты? Когда?»!

«Да, нет», — усомнился механик Лех, который оказался здесь после драки в ресторане, как и я, со сломанным черепом. — Есть совсем другой уровень! Эти проклятые кроссворды может решить любой желающий, они специально упрощены, чтобы люди чувствовали себя умными, даже если они глупы! Политика!

Статья по теме:  Nvidia geforce gts 450 драйвер последняя версия. Сравнение разных производителей

Лех поднял палец, стиснул зубы, и мужчины продолжили говорить о политике. В своих спорах они касались некоторых мотивов правительства, и я активно использовал Эрудицию, чтобы раскрыть правду. Но слишком мало людей знали правду, поэтому я почти не получил ответов.

А при выписке из больницы вдруг всплыло уведомление:

Повышен уровень умения «Эрудиция»: +1.

Текущий уровень таланта: 2.

Я не чувствовал себя умнее, но теперь я мог использовать этот талант в два раза чаще. И энергии m для этого стало хватать, и откат стал короче.

Дома я с удовольствием расслаблялась на кровати, вдыхая знакомый запах комфорта. После моей выписки тетя Полина провела генеральную уборку, постирала и гладила мое постельное белье, и от подушки пахло лавандой и свежестью. Сашка села рядом со мной и откуда-то из-под моей руки раздался ее голос:

— Жалко, дядя Вова забрал у тебя компьютер. Может, мы увидим новую карту Забытых полей битвы у мамы?

— Вряд ли, Саша. Ноутбук вашей матери исполняется 100 лет в обеденное время.

— А можно хоть реестр посмотреть? Играют они или нет?

Похлопав его по лохматой голове, я вскочила и вошла в гостиную, где тетя Полина накрывала праздничной скатертью специально открытый стол. Обычно ее устанавливали в углу и использовали как гладильную доску, но в особых случаях ее подталкивали к центру, клали на диван и готовили к встрече с гостями. Но чтобы без гостей, чтобы отпраздновать что-то самим — это было впервые на моей памяти.

— Тетя Полина! — кричал я на ходу. — Вы дадите мне свой ноутбук?

— Мама, нам это очень нужно! — на всякий случай, — заключил Сашка, подбегая передо мной.

«Да, возьми», — махнул он рукой. — Только там рабочий стол открыт, не теряйте его. Ты спасешь его, Мот?

Тетя Полина расставляла салатники: оливье, селедку под шубой, краб и кукурузу. Я почувствовал урчание в животе. Сашка взял небольшой хрустящий соленый огурец, но взял его руками:

— Хороший! Подождем Володю и вместе сядем за стол! А теперь тащить нечего, терпи!

Он перевел взгляд на меня, когда я мысленно облизала соблазнительные губы, покрытые каплями и нарезанные тонкими слоями копченого бекона. Рядом были жареный картофель с обжаренными кольцами лука, маринованная сельдь, аккуратные ломтики колбасы и сыра.

Сама тетя Полина ничего есть на столе не будет. С тех пор, как я ее помню, особенно в последние пять лет, она всегда сидела на диете. К счастью, периоды диеты приходились на такие праздники и праздники, и на сбои, когда мы можем обойтись без них, в обычные дни, когда не было ничего особенного, чем можно было бы лакомиться. Да, ведро мороженого, плитка шоколада, сковорода с картофельной корочкой или миска пельменей, щедро залитая майонезом и кетчупом, тоже вкусные, но с праздничными блюдами они не идут.

Я заметил, как тетя посмотрела на стол и сглотнула. Наверное, сложно приготовить всевозможные лакомства и не попробовать их самостоятельно.

— Вы бы поели с нами, тетя Полина? — Я предложил. — Читала, что бы вы ни кушали, главное не переборщить с калориями. Что ж, однажды ничего не случится…

«Конечно, нет», — легко согласилась тетя. — Знаю только я себя. Это не закончится сразу, и тогда я сам не замечу, как надо еще пять килограммов и всю одежду переодеть! Нет, на спорт некогда, так что хотя бы много есть не буду. Сварила грудинку, брокколи.

— Ух, брокколи! Сашка поморщился. — Мама, а как ты это ешь?

«Как ёжик», — грустно улыбнулась тетя. — Я плачу, задыхаюсь, но ем. Сама по себе жизнь не сжимается!

Я давно слышу эту песню. Тетя Полина боролась с лишним весом, как берсерк, но проигрывала эту вечную битву: с каждым годом ее талия расширялась и под определенным углом можно было проследить второй подбородок. Она не влезла в джинсы, которые она купила год назад, потому что у нее, такая аппетитная, по словам Вовы, тоже выросла спина.

По словам тети, только нехватка времени и дороговизна абонемента в ближайший фитнес-клуб не позволили ей хотя бы закончить бой вничью. Она была уверена, что как только она пойдет в спортзал под руководством личного тренера, она сбросит лишние килограммы в течение нескольких недель. Эта иллюзия успокаивала ее и успокаивала совесть в моменты кризиса.

Подтверждая мои мысли, тетя тяжело вздохнула и сказала:

— Эх, ребята, у меня есть подписка на UltraFit! Один квартал от дома, и жиросжигание там одно удовольствие…

— Это дорого? — деловито спросил Сашка. — Немного сэкономил, Мотка добавит, да, Мот? Давай отдадим тебе, мама?

— Сначала научись чистить сопли, сынок! Он спас! засмеялась тетя Полина. — Иди уже! Что вы там искали? Ноутбук? Так что иди и посмотри!

Младший брат смотрел на посуду меланхолическими глазами, и я почувствовал отчетливое урчание в его животе.

— Ну что ж, наберитесь терпения, ребята! воскликнула тетя. — позвонил Володя, он уже в пути. Загляну в магазин…

«Хорошо, будем терпеливы», — кивнул я.

Почему Вова попадал в магазин, мы понимали без объяснения причин. Для алкоголя. Купит тете Полине бутылку красного, а себе водку возьмет. К концу вечера, как обычно, начнутся задушевные разговоры и построения. Напившись, Вова любит учить нас, салагу, армейской жизни и тому, как важно уметь постоять за себя. Ничего страшного, но он начал «тренироваться», демонстрировать удары и приемы, и это было болезненно.

Тетя Полина для него не указ. «В доме должен быть мужчина! — прекратил попытки вмешаться. — И этот мужчина вырастит мужчин из этих двух мальчиков! Почему кто, если не я? Ты женщина, и твое место на кухне! »Тете нечего было сказать по этому поводу. Она не знала, как воспитывать мальчиков: они с мамой выросли без братьев.

Мы с Сашей сели за ноутбук, чтобы посмотреть, что люди пишут на моей бумаге. На загрузку игрового клиента ушло некоторое время: игру на ноутбуке моей тети не запускается, не работает, но мы можем подняться в рейтинге команд, карт и прочитать, что люди пишут на форумах.

Пока клиент загружался, я проверял почту, но письма от игроков не приходили, только спам. Также было уведомление из соцсети, что мне пришло сообщение от Оли в личном сообщении. Она попросила проголосовать за нее в каком-то онлайн-конкурсе красоты, но конкурс уже давно закончился. Посмотрела на результаты: Оля Воронцова не попала в список победителей.

Все это время Сашка проводил рядом, но занимался своими делами: сидел на полу, пыхтел и что-то поднимал из Лего.

С застывшим сердцем я зашел на сайт игры и открыл список оценочных карт и полей сражений, но не нашел среди них свою. Хотя это и понятно, разработчики не могут включить карту без моего согласия. Была только надежда, что разработчики напишут меня на коробке с игрой.

Когда клиент загружен и установлен, я вхожу в систему. После трех ударов сердца вы разочарованно выдохнули: новых букв в игре нет.

После просмотра форума я нашел ветку в своем объявлении. Это не вызвало ажиотажа, было признано слишком запутанным и сложным. «Работа респектабельная, для холостяка это все. Но в динамике мультиплеера просто нереально правильно оценить все, что в него вложил Найт », — писал некий Рамзесс, и другие в целом с ним соглашались.

Я представил свои чувства, если бы прочитал ее тогда — все еще калека, возлагая большие надежды на эту открытку — и мое сердце страдало. Не из-за неудач в моей многомесячной работе, а из-за себя. Сейчас я тихонько закрыл ноутбук, повернулся к Саше, улыбнулся и сказал:

«Видите ли, они хотят простоты и динамики. Я придаю ему динамику! Я им карту нарисую!

— Но как? Нет компьютера! — воскликнул он. — А на новую нет денег. Я слышал, мама рассказывала дяде Володе…

— У нас будут и деньги, и новый компьютер, лучше старого. Теперь у нас все будет хорошо, Саня!

Я обнял мальчика. Наверное, впервые в жизни я сам поверил, что теперь все будет хорошо.

ГЛАВА 5
Тактический монитор

Вечер был очень теплым и приятным, особенно после всего, через что мне пришлось пройти. Шутили, смеялись, смотрели какую-то передачу по телевизору. Съели все чисто, и даже тётя Полина не удержалась и устроила «читмил». Это как один день в неделю, когда вы можете есть что угодно, и, по словам моей тети, «ваш метаболизм ускоряется».

Приближалась полночь, когда Вова, вспоминая армейское прошлое, рявкнул:

— Я! — оперативно ответил Сашка, вставая из-за стола.

— Смир-р-рно! Была команда «All Out», рядовая! Почему не на койке? Лети в казарму!

— Там есть! — ответил Саня, неловко кладя раненую левую руку на «забрало», построенное другой ладонью.

— Я заснул! Вова зарычал позади него.

Тетя Полина, прикрыв рот рукой, зевнула. С рассвета он чистил, чистил, мыл и стирал, а затем готовил. Да, и я засыпал. Но для Вовы вечер только начался. Немного приглушив музыку, он спросил:

— Что ж, Матвей, ты уже взрослый и здоровый мальчик. Какие планы?

— Погоди минутку со сном! Вова возмутился.

Тетя Полина посмотрела на своего соседа с упреком, а он, нагнувшись, притянул его к ней, чтобы с удовольствием поцеловать. Поцелуй затянулся, а когда она оторвалась, Вова похлопал ее по бедру и направил мысли измученной тети в нужное русло:

Давай, давай, дорогая, мы воспитываем мужчину, но что мужчина должен уметь? Правильно, возможность выйти! — Он налил в мой пустой стакан сока водки. — Напиток!

— Я не хочу. — Я отодвинул напиток.

Стол был убран: ели горячие, даже салаты, и кроме почти готовой бутылки водки, пачки фруктового сока и пустого блюдца ничего не осталось.

«Право, Вов», — зевая, сказала тетя Полина. — Только он исцелился, почему?

«Да ладно», — легко согласился Вова и пристально посмотрел на меня. Его взгляд был жестким и почти трезвым. — Только ты, мама, давай уже, отдохни. А мы с Матвеем идем гулять.

— Куда ты смотришь ночью? — тетя вскочила.

— Как где? К его компьютеру! Обещал ли я, что вернусь? Так зачем тянуть? Теперь спешим в офис, здесь всего шесть кварталов. Я тоже взорву себе голову, Полина? Вова широко улыбнулся и подмигнул тете. — Не жди, ложись. Завтра…

Он споткнулся, взглянул на меня и, думая, что я ничего не вижу, прикоснулся к ее заднице. Тетя Полина опустила руку и кивнула.

— Хороший. Но пока не откладывай. Может, я подожду… — загадочно сказал он, выходя из гостиной.

интересно, что именно в этот момент я понял, почему она его любит. Не только то, насколько хорошо он должен лежать в постели. Стыдно было об этом подумать, но… Стены тонкие, кровати скрипят…

Было что-то еще в Вове, за что его тетка любила. За эту открытую и широкую улыбку. Когда Вова улыбнулся, на его щетинистом лице проступил образ веселого, покладистого мальчика. Гладкие белые зубы, ямочки на щеках и мелкие складки морщинок вокруг глаз, обрамленные длинными, почти девичьими ресницами… Это было когда-то давно. И теперь она иногда видела его именно таким.

Вова, уже покрытый ярким румянцем на скулах, ловко пролил оставшуюся водку, сбрызнул ее соком из конверта и вытер тыльной стороной ладони.

— Ну чо сел, мальчик? Приготовься.

Я быстро оделся, стараясь не разбудить Сашу, и вышел к входной двери. Вова ждал, слегка покачиваясь и улыбаясь.

Оставив плесневое тепло входа в ночную прохладу двора, мы направились в сторону проспекта.

— Давай прогуляемся, это недалеко. — Вова похлопал меня по плечу. — Не будь глупым, мальчик, в этой области меня знает каждая собака. Не тронут!

В ночь с пятницы на субботу улицы и тротуары были заполнены гуляющими людьми. Вывески питейных заведений призывно светились, слышался смех, крики, разговоры. Мы с Вовой присоединились к толпе и за всю жизнь меня учили:

— Я говорю вам. Учиться, конечно, хорошо, но сейчас руки и ноги крепко скручены, смотри, я тоже понимаю, о чем ты говоришь: ты стал нормальным мальчиком, Матвей. Пора получить задницу жизни и сиськи Фортуны! Универ-шмунивер — для богатых бомжей, но надо работать. Словом, переходите на переписку и ищите работу самостоятельно. И качай! — усмехнулся Вова, касаясь моих бицепсов. Ну или потому что заменил. «Кроме того, телки не смотрят на мертвых, они должны быть здесь», — он ткнул мне пальцем в плечо. — И еще денег в лопату! Понял?

Он продолжал меня уговаривать и до того, что, по его словам, завтра мне нужно собрать свои вещи и переехать в общежитие.

— Если вы стесняетесь, я сам могу пойти к вам в ректорат, снести ваше общежитие! Общежитие — знаете как? Это о-о-о! Есть такие цыпочки, качать будешь! А тебе пора, брат, пора… — Я снова заплачу. — А вы тогда, я полагаю, балуетесь? А? А? Ха-ха-ха! Ладно, не загружай, все это, мальчик, в прошлом! Да ладно тебе!

Остановились у вывески «Ставки на спорт! Бар, прямые трансляции. Вокруг часов!».

— Я? Не ты. Я работаю в серьезной компании, и все, заходим, делаем пару ставок, смотрим футбол. Ты сейчас нормальный, тебе должно быть интересно это, правда?

— А компьютер, что с ним будет в офисе? А ключи от офиса — вот они, смотрите! Он похлопал себя по бедру. — Ну чо, пойдем? Может, хоть сегодня тебе повезет…

Последнее предложение он пробормотал себе под нос так тихо, что я бы не услышал его без улучшенного слуха вместе с нейроморфным чипом.

— Давай, давай, мальчик! Вперед!

Вова открыл тяжелую дверь и вошел. Если честно, мне все это было любопытно — я никогда не был в таких заведениях. Я отошла от него на шаг, гадая, что могло быть внутри и что могло привести к…

И как он погрузился в темноту. Звуки исчезли. Окружающий мир исчез. Ничего не осталось, только текст, подвешенный в темноте:

Попытка самопроизвольно активировать тактический монитор.

Мета-плеер соответствует критериям.

Тактический монитор активирован.

Тьма растворилась в образе. Я пролетел над зданием, с которого сняли крышу и все верхние этажи, оставив только тот, где располагалась букмекерская контора с баром. Фигуры людей внутри двигались, но как-то очень медленно. У входа я заметил зеленый маркер с моим именем. Индикатор переступил порог и теперь стало хорошо видно, что это я, Матвей Колесников . и при этом не я.

В левом верхнем углу появилась шкала скорости хода времени от 0,1x до 100x. Я мысленно потянул ползунок вправо. Скорость движения резко возросла: подо мной виртуальный Матвей подошел к виртуальному Вове, который стоял в холле у кассира, чтобы принимать ставки, поэтому они оба сели за стол. Легкомысленно одетая официантка принесла им стаканы пива. Я смотрел на все это сверху, как ангел.

Через некоторое время Вова-2 ушел в ванную и в этот момент к Матвею-2 сел парень. Все это произошло без звука. Некоторое время я смотрел на них, потом отвлекся, посмотрел на другие комнаты, из которых состоял первый этаж, а потом не сразу понял, почему все люди в комнате вдруг бросились к столу Матвея-2. Мальчик рядом с ним уже исчез, и Вова-2 тоже не появился. А Матвей-2 лежал лицом на столе.

«Ты мертв», — сообщил интерфейс красным цветом.

Моделирование завершено.

Чтобы просмотреть другие сценарии развития событий, рассмотрите другую тактику действий.

Что это было? Я понял, что время, проведенное внутри тактического монитора, было в интервале между вдохом и выдохом.

Первым импульсивным желанием было понять его. Это случается, когда вы смотрите видео и происходящее настолько необычно, что вы задаетесь вопросом: «Какого черта?» а потом смотришь еще раз.

Система отреагировала немедленно. Грех, отрицательный:

Тактический монитор недоступен.

Ставьте разные условия или меняйте тактику действий.

Я почесал в затылке, вспоминая ключевые моменты увиденного для изменения «тактики действий», но в этот момент меня грубо заставили понять, что место для этого выбрано не самое удобное.

— Бля, чего ты в коридоре застрял? — выругался мальчик с красным лицом. — Убирайся!

Он оттолкнул меня, выходя. Я поймал, как он бормотал себе под нос о ставке, которую он не играл, и о том, кто еще может одолжить ему деньги. Кроме того, голос звучал так отчетливо, как будто кто-то убавил громкость уличного шума, повернув верньер. Как только меня отвлек на грубый человек, звуки быстро вернулись в прежнее состояние.

Я нахмурился, отступив вдоль внешней стены фабрики. Это было мое будущее, каким было бы, если бы я поступил в институт после Вовы? То есть симуляция ближайшего события?

Если вы помните, что показывала шкала скорости, от моего появления до смерти оставалось меньше часа. По крайней мере, Вова успел заказать третий стакан пива перед тем, как отправиться в туалет. Блин, откуда все это в голове? Я не входил, но изображение каким-то образом показывало, что там происходит, как будто передача видео с камеры, установленной над посетителями, транслировалась прямо в мой мозг.

«Сменить тактику». Конечно. Кто был этот мальчик? О чем я с ним говорила… Я имею в виду, я буду говорить? Что я ему сказал, что так радикально разрешило конфликт? Куда пропал Вова? Связаны они или нет? Вова решил меня убить . из-за старого компа ?! Ну нет, это полная чушь. Мысли гудели в голове и звали меня:

— Где ты! Что заблокировано? — взволновался Вова. — Давай, я уже сделал ставку, сейчас уйдет! Они приносят пиво, давай, мальчик, пошевеливай своей задницей…

Услышав его смущенное жужжание, я вошел на фабрику, решив, что еще есть время уйти.

Я никогда не знал футбола, но, судя по голосу комментатора из телевизора, транслировали матч между «Барселоной» и «Реалом». В свете того, что показал мне Tactical Monitor, размышления о судьбе компьютера могут показаться пустяком, но мой компьютер… Для меня это был не просто компьютер. Во-первых, это была дорогая игровая станция. А во-вторых, тетя Полина взяла его в кредит. Мы отказывали себе во многих отношениях, чтобы расплатиться. И это было для меня всем: окном в мир, рабочим инструментом, развлекательным центром. Да я там всю жизнь был!

Когда мы сели за стол, я, собравшись с духом, хмуро посмотрел на Вову и выпалил:

— Скажите честно, что не так с моим компьютером?

— Да, я же сказал, он в офисе! Он ответил раздраженно, продолжая смотреть трансляцию.

— Ну . да, так и должно быть… — протянул Вова и внезапно взбесился: — Чего ты так напрягся? Этот компьютер был подарен вам! Хлам! Десять — красная цена для него!

— Извини, Вов, но я тебе не верю. И стоит намного дороже.

— Так вот тогда было! Вова сознательно возмутился. — Ваш компьютер устарел! Больше ему не давали…

Поняв, что слишком много ляпнул, сразу поправился:

— Ой, Мот, вот и все, ну помедлили, давай смотреть игру! Я верну тебе твой компьютер! Если мы включим его сейчас, так что сразу после того, как мы пойдем, мы выкупим его!

— Добыча из платы за проезд. Расслабься, мальчик, это одно точно. Вам просто нужен Реал Мадрид, чтобы выиграть и…

Проглотив пиво, он объяснил мне свою тактику ставок, и я подумал о своей: я представлял, что после первого тайма поеду домой. На этот раз сразу же появился Tactical Monitor, прервавший шум телетрансляции, шум публики в зале и выступление Вовы.

Я в несколько раз увеличил скорость просмотра будущего. Первый тайм окончен, Матвей-2 встречает Вову-2, встает из-за стола и идет к выходу. Камера тактического монитора внезапно дрогнула и начала двигаться за моей фигурой. Душный зал заменен ночной улицей. Матвей-2 спокойно вышел и побежал к дому. Смысла не увидел и увеличил скорость отображения.

И зря. Через секунду Матвей-2 снова погиб. Какая-то темная тень оторвалась от стены здания, метнулась к нему и тут же исчезла. И И-2 лежала на мокром асфальте в луже крови.

Ты мертвец.

Окончание симуляции с заданными условиями тактики действия.

— Цель! — крикнул Вова, возвращая меня к реальности.

Но не все кричали. Болельщики синей гранаты, то есть те, кто за «Барсу», как успел просветить меня Вова, хмуро молчали. Кто-то даже разбил в своих сердцах стакан об пол. В тысяче штук.

— Кретин! засмеялся мой товарищ. — Посади его на лодку, идиот! Когда Месси ушел, у них были дела…

Я мало слушал. Кто так серьезно настроен убить меня? И почему? Это действительно то же самое, грязный, наполовину пьяный сосед моей тети, сидит напротив и транслирует что-то возбужденное, размахивая руками. Этот человек нанял киллера? Вы согласны с одним из своих друзей? Но почему, почему ?! Кроме того, было что-то в движениях этой фигуры на Тактическом мониторе… не совсем бесчеловечное, но что-то странное.

Мое сердце учащенно билось, по всему телу текла кровь. Если после первого Tactical Monitor я не воспринимал все это всерьез, теперь я понимаю, что меньше чем через час я умру.

Глава 6
Перед лицом неминуемой смерти

Использование тактического монитора потребляло m-энергии, но относительно мало. Намного меньше, чем Эрудиция. Итак, в конце игры я еще пару раз вел будущее, изобретая тактику действий.

Я старалась держаться поближе к людям, не уходила от Вовы, вызывала такси и поехала домой — все тщетно. Внезапно приходил молодой человек и убивал меня. Черные джинсы, легкая кожаная куртка, под ней толстовка с капюшоном, капюшон закрывает лицо. Он двигался быстро, превращаясь в размытую тень, но при максимальном замедлении я видел кадр за кадром, как он меня убивал, хотя вид сверху не позволял мне разглядеть детали. Скорость регулировалась, но зума не было.

Он убил меня в такси, у писсуара в ванной, откуда я последовал за Вовой до бара. И этот момент неизбежно приближался.

Вова сошел с ума: Реал, на который он поставил, уже шел с двумя зеро, и пиво лилось рекой. Он чуть не забыл, что я там был, активно звонил некой Ларисе, администратору сауны, куда он шел за елкой. Уловив мой укоризненный взгляд, Вова заколебался, улыбнулся и подмигнул. Похоже, он еще не расстался с идеей сделать меня мужчиной.

Главное, что я понял из Tactical Monitor, это то, что ни мой партнер, ни кто-либо из присутствующих не представляют для меня угрозы, но они не могут мне ничем помочь. Все здесь возбуждены и пьяны, так что меня убили с одинаковым успехом как внутри, так и снаружи. Кем бы ни был этот парень, я не хотел подвергать опасности кого-либо в комнате. Дождавшись, когда прозвучит свисток для перерыва, и Вова, весело танцуя, идет в ванную, я взял со стола нож для стейка и быстро вышел на улицу.

Благодаря монитору я уже хорошо представлял весь ближайший квартал. Кстати, энергии осталось меньше трети, но скоро использовать талант уже нельзя будет. Что делать? Я шел по пустынной улице, лихорадочно думая и чувствуя себя беспомощным. Никогда в жизни мне не приходилось участвовать в настоящей драке! С моим недугом… Ну, если не поможет реальный опыт, вдруг поможет игра. О чем думать? Например, Counter-Strike… Нет, это командный шутер, и там в основном стреляют, мне это ничего не даст, нужна одиночная игра с подручными предметами. Том Клэнси? Если вы помните последнюю часть, когда его отправили на Тайвань…

Человек-тень вот-вот появится, и я закончил. Я снова включил монитор. Энергии М почти не осталось. Тот пустой двор метров в ста отсюда… Что у стены справа, напротив окна? Почти бегом, проехав полквартала и свернув под арку, я вошел во двор. Помни The Last of Us 3, Матвей! Та сцена, где культисты нападают на героин… Помните? Действовать сейчас!

Здесь было темнее, чем на улице, я почти не мог видеть свое окружение. Осмотревшись, он сел на решетку канализации. Он положил нож на асфальт, схватился за прутья, приподнял лезвие вверх, потянул к себе. Решетка мягко щелкнула. Схватив нож, я перешагнула через него и сильно ударила локтем о полуразломанное окно, за которым находилась какая-то заброшенная кладовая или комната сторожа. Стекло разбилось, и я схватил длинный осколок голой ладонью. Он прислонился боком к стене, крепко сжимая нож. Вместо этого фрагмент был скрыт от моего тела.

Я снова запустил Tactical Monitor: Матвей-2, прислонившись к стене, встает и оглядывается; из-под арки появляется фигура мальчика, расплывается в воздухе и… Монитор погас — м-энергия закончилась. Черт! Надо было меньше включать его в институт!

Спокойно. Глубокий вдох. По крайней мере, теперь я знаю, откуда это взялось.

Оцените статью